Крах МММ: Меркель, Мэй и Макрона разлюбили их народы

В Лейбористской партии разворачивается скандал вокруг ее лидера, главного соперника Терезы Мэй и самого сильного альтернативного кандидата на пост премьер-министра – Джереми Корбина.

Того опять обвиняют в антисемитизме. Корбин отметился, по мнению его критиков, избыточно пропалестинской позицией, а также высказываниями, которые породили подозрения, что он настроен негативно не только к политике государства Израиль (что обычное дело), но и к евреям как таковым.

Однако любопытнее всего в этой истории другое.

Британские эксперты рассматривают происходящее, разумеется, в рамках внутриполитических раскладов и перспектив борьбы за кресло премьера. Они отмечают, что, несмотря на все сложности, у действующего лидера Великобритании положение получше. В частности, рейтинг доверия Корбина составляет всего 22 процента против 36 процентов у Мэй.

Правда, выглядит сомнительным аргумент, оправдывающий печальный уровень общественного доверия у британского премьера тем, что у ее соперника ситуация еще хуже. При этом подобное положение дел – с аховыми рейтингами – стало общераспространенным среди главных западных лидеров.

На днях мировые СМИ вышли с заголовками, что рейтинг президента Франции Эммануэля Макрона находится на самом низком уровне с момента его вступления в должность, побил соответствующий антирекорд Франсуа Олланда – и составляет 31 процент одобрения.

У Меркель ситуация похожая. Вернее, ее личный рейтинг неизвестен, зато на днях были обнародованы результаты свежих партийных замеров. Партийный блок ХДС/ХСС получил всего 28,5%, причем уже давно обсуждается, что канцлер превратилась в «токсичный» для блока фактор. Надо полагать, продолжающиеся события в Хемнице также не лучшим образом повлияют на цифры общественной поддержки в дальнейшем.
И у Трампа рейтинг снова просел и составил 36 процентов, хотя президент США бодрится и уверенно говорит о своем переизбрании на второй срок.

Проблему с низкими рейтингами западных лидеров можно рассматривать с нескольких ракурсов, в том числе и глобально-геополитического. Однако представляется, что самым интересным в ней является все более заметный парадокс во взаимоотношениях общества и государства.

С одной стороны, не стоит преувеличивать значимость всех этих рейтингов. Да, граждане не довольны, но правящие элиты Запада научились отлично манипулировать даже очень недовольным обществом, в значительном числе случаев просто игнорируя его мнение.

А с другой стороны, возможно, именно тут стоит искать корень нарастающих у них проблем. Власти любых стран время от времени вынуждены принимать непопулярные и даже болезненные для общества решения – будь то принятие миллионов мигрантов или поднятие пенсионного возраста.

Но, похоже, десятилетия манипуляции общественным мнением и фактически игнорирования его привели к тому, что западные элиты забыли, что с обществом надо на самом деле разговаривать и, отнимая у него что-то, надо давать ему что-то взамен, причем что-то реально значимое (например, взамен на повышение пенсионного возраста поднимать и пенсий).

В результате теперь Запад вступил на территорию, на которой не был уже настолько давно, что просто забыл, как на ней себя вести – территорию отчуждения между обществом и государством, глубочайшего недоверия и недовольства граждан своим властями.

Это было бы не так важно, если бы перспективы для большинства были светлыми. Однако тенденции противоположны – большинству жить все труднее, социальные блага неуклонно режутся, проблемы в ключевых сферах, вроде общественного здравоохранения, нарастают. Это объективные процессы, отражающие исчерпание ресурсов для государства всеобщего благосостояния.

В этой ситуации власти должны бы искать новые способы достучаться до общества и вызывать его позитивный отклик. Вместо этого продолжаются принятые за последние десятилетия практики манипуляции общественным мнением, в то время как социология все более отчетливо фиксирует, что они окончательно перестают работать.

Чем закончится нарастающее отчуждение можно только предполагать, поскольку уже более ста лет Запад ни с чем подобным не сталкивался.