ЕС усиливает политическое давление на Россию

Новые санкции Европейского союза в отношении шести российских компаний — это подрывная политика, направленная против жителей Крымского полуострова. Такова позиция МИД России, которую выразила официальный представитель внешнеполитического ведомства Мария Захарова.

По ее словам, этими санкциями Запад «поощряет тех, кто занимался энергоблокадой Крыма, и преследует тех, кто строит объекты гражданской инфраструктуры».

Реакция Смоленской площади последовала после того, как ЕС расширил санкционный список, связанный с воссоединением Крыма с РФ, а также строительством моста через Керченский пролив. Новые санкции введены в отношении еще шести российских компаний.

«Политаналитика» напоминает, что в настоящее время в отношении России действует несколько пакетов санкций ЕС: экономические, индивидуальные ограничительные меры и санкции по Крыму. Последний пакет — это набор целевых санкций в отношении Крыма, с которым европейскому бизнесу запрещено поддерживать какие-либо связи. Эти меры приняты в рамках так называемой Стратегии ЕС по непризнанию воссоединения Крыма с Россией,  они действуют до 31 января 2019 года с возможностью продления.

Политолог Александр Коньков считает, что новый пакет санкций является результатом и показателем работы европейской бюрократии, которая демонстрирует свои не самые лучшие качества:

– Речь идет, строго говоря, о патологической скрупулезности Брюсселя в попытках уничтожить то, с чем он не согласен. Вместе с тем, говорить о серьезном влиянии санкций я бы не стал. Да и сами санкции в отношении выбранных шести компаний были предсказуемы, коль они участвовали в строительстве крымского моста.

Эти компании изначально осознавали риск работы над проектом. Вероятно, у них не было особых планов на работу в Европе, и поэтому участие в строительстве моста не является для них особо рисковым. Навряд ли кто-то всерьез пострадает от решения европейкой бюрократии.

Но это не значит, что санкции нужно оставлять без ответа. Они демонстрируют, несмотря на последовательность, все-таки атаку на вполне созидательную деятельность: мосты, как известно, всегда предпочтительнее для мировой политики нежели стены. Имеет смысл (и наверняка Россия воспользуется открывшейся возможностью) показать всю бесперспективность и глупость, весь разрушительный потенциал и недружественность такого рода решений ЕС.

Остается вопрос продолжительности действия санкций. Думаю, что оптимальнее всего рассматривать их как фактор долгосрочной политики и не питать надежд на изменение ситуации, скажем, через полгода. Соответственно выстраивать свою линию поведения, исходя из тех реалий внешней среды, которые складываются.

С другой стороны, буквально недавно в Москве был с визитом новый министр внутренних дел Италии Маттео Сальвини. И он сказал, что Италия в начале 2019 года поставит вопрос о снятии санкций на общеевропейском уровне. Такого рода заявления обнадеживают. Но ведь итальянец – не первый европеец, кто говорит о необходимости отмены санкций.

Надо понимать, что европейские санкции держатся только на консенсусе внутри ЕС. Если хотя бы одна страна — член ЕС выступит против, то эти санкции автоматически продлеваться не будут. Пока что политической смелости ни у одной из стран, которые делали обнадеживающие заявления, не появилась. Поэтому особо уповать на то, что позиция какой-либо европейской политической силы, пусть даже имеющей серьезный потенциал, реально повлияет на Брюссель, я бы не стал.