Как и куда меняться «Единой России»?

Антон Хащенко

В «Единой России» стартовала дискуссия о будущем партии. Заявлена смысловая конструкция «партия путинского большинства». Несмотря на то, что, на мой взгляд, «партия Путина» и «партия большинства» — куда более корректные определения, объясняющие место и роль этой партии в политической системе и не создающие дополнительных интерпретационных рисков. Если исходить из сформулированной задачи превращения «в главного и ключевого представителя и коммуникатора для путинского большинства», то здесь алгоритмы содержательной и технологической работы в общем-то достаточно очевидны.

ПЕРВОЕ и главное – более широкое понимание инструментальной роли партии (как инструмента президента) и пресловутая субъектность. Последняя, к слову, может выражаться далеко не только в проведении собраний, на которых партийцы публично чехвостят своих губернаторов и министров: желание превратить ЕР в очередную КПСС априори невыполнимо и лишено здравого смысла. Субъектность может появиться не только через искусственное создание еще одного центра принятия решений, но и через формирование нового ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОГО центра. Второе же автоматически сделает реальным первое. Вопрос ведь не только в том, что какое-либо решение принимается где-то в другом месте, – а еще и в том, что партии нет в дискуссии, предваряющей это решение. То есть ЕР заранее проигрывает уже на этапе конкуренции идей и предложений.

Сейчас инструментальная роль «Единой России» сводится к простому выполнению уже принятых решений и их легитимизации. Иными словами, выше упомянутые представительство и коммуникация работают в одном направлении – сверху вниз. Это тоже важная функция. Но любые косметические манипуляции (например, отчеты чиновников на каких-нибудь политсоветах) только вокруг нее не решат поставленной сегодня задачи. От слова «никак». И до тех пор, пока коммуникация и представительство не будут работать в обоих направлениях – как сверху вниз, так и снизу верх. Последнее же предполагает наличие у партии собственных проработанных и детализированных предложений (в соответствии с запросами людей) по решению той или иной проблемы.

Условно, какое-нибудь заявление о том, что партия против повышения пенсионного возраста в ответ на инициативу Кудрина и K°, это, конечно, здорово, и, наверное, кому-то дает повод для оптимизма. Но где собственное видение пути развития пенсионной системы и ликвидации тех ее «болячек», которые существуют? Вопрос, конечно, риторический. Поскольку сегодня это всё отдано на откуп министерствам и ведомствам, различным околовластным аналитическим центрам, которые в итоге и создают почву для принятия окончательных решений.

И в последнем послании Владимира Путина, и в его более ранних заявлениях обозначено такое количество целей и задач, что интеллектуальной работы для ответа на вопрос «как?» хватит на всех. Я уж не говорю об огромном поле тех «проблемных точек», которые из-за невозможности охватить и проконтролировать всё пока не попали в зону внимания главы государства.

«Единая Россия», если действительно хочет меняться, стать реальным коммуникатором и представителем … в конце концов, если хочет реально помочь президенту, вполне могла бы претендовать на лидерство в поиске конкретных ответов на данный вопрос.

За примерами и ходить далеко не надо. Говорит президент, что «необходимо ликвидировать всё, что мешает развиваться», есть понимание наличия проблем с чрезмерным контролем государства и, напротив, невыполнением бизнесом простейших правил безопасности, — ну так, значит, надо всех усаживать за один стол и конкретно разбирать каждый кейс, каждый пункт. И дальше выходить со своими предложениями по изменению ситуации. С СОБСТВЕННЫМИ предложениями. Через диалог с правительством и администрацией президента, через дискуссию в СМИ и социальных сетях. И, конечно, через фракции и депутатские объединения.

Тем более, что реформированный недавно Совет руководителей фракций партии и назначение на должность его председателя опытного партийного функционера и политика Сергея Неверова – могут серьезно усилить партию в этом направлении.

Или, к примеру. Ну, очевидно же, что существующий подход «деньги идут за пациентом» катастрофичен для сельской медицины. Что абсолютно ненормально, когда за провозглашенными самостоятельностью лечебных учреждений и конкуренцией в медицине скрывается закредитованность сельских больниц и, как следствие, невозможность обеспечить пациентов даже необходимыми лекарствами. О зарплатах медиков умолчу.

Очевидно же, что нельзя распространять нормативы для населенных пунктов с большой плотностью населения на районы и деревни, где в принципе мало пациентов и, как следствие, мало денег, «идущих за ними». Мы никогда не обеспечим более-менее одинаковый уровень качества жизни на территории всей страны (на минуточку, задача от президента), если не изменим подходы к финансированию не только больниц, но и тех же школ. Понятно, что медицина в принципе стала дороже, появилось дорогостоящее оборудование, которого раньше не было, новые лекарства, технологии. Условно, 30 лет назад пациент обходился гораздо дешевле государству (любому), чем сейчас. Всё так. Но разве это нормально, когда до 14% (есть и такая оценка) всех средств не доходит до конкретных лечебниц, оседая в карманах посредников – страховых компаний. Они, вообще, зачем нужны в этой схеме?

Кто всё это будет «расшивать»? Оппозиция? Она, не в обиду будет сказано, на это физически неспособна. Правительство? Там тоже не роботы, они каждый день новые задачи получают и живут по принципу «инициатива наказуема». Условный Кудрин? Ну тогда нужно готовиться к тому, что медицинские услуги станут в большей степени платными, но их качество при этом не изменится.

Таких проблем, требующих комплексного решения и эффективной коммуникации между всеми заинтересованными сторонами, — полным-полно. Как подступиться к этому институционально и технологически?

Есть в партии так называемые платформы, которые создавались по принципу идеологического разнообразия. Наверное, стоит признать этот подход нерезультативным и переформатировать данные платформы под интеллектуально-коммуникативные группы по конкретным темам, требующим внимания. Определили пул таких тем, проработали, к примеру, год, посмотрели – закрыли проблему или нет, а дальше либо продолжение деятельности, либо переход на новую задачу.

ВТОРОЙ момент, на который бы я обратил внимание, – это партийные проекты. Которых может быть не так много, но они должны быть живыми, гибкими, конкретными, отвечать сегодняшнему запросу людей и канализировать гражданскую активность. Тем более, что волонтерство – одна из приоритетных тем президента.

Хотят люди, чтобы активнее развивался бесплатный массовый спорт в местах проживания: отличный был раньше проект «Дворовый тренер». Сделать бы его в масштабах страны, – люди были бы благодарны.

Есть проблема с обеспечением безопасности в торговых центрах (кстати, проверки прошли, и опять эвакуационные выходы стали закрывать) и есть параллельно желание самих людей добиваться исполнения бизнесом противопожарных правил (за каждым магазином мясника не закрепишь): логично было бы предоставить активистам такую возможность, – обучая их, защищая партийным общественным статусом и т.д.