Чем закончится дело о «Новичке»

Максим Соколов

Устойчивое выражение «сказка про белого бычка» обозначает дурную бесконечность дискуссии, когда доводы не воспринимаются, и все опять идет по новой. Сказка про новичка, так полюбившаяся правительству Ее Величества – из того же жанра.
Сейчас сказка пошла по третьему кругу, причем качество доказательств осталось прежним, то есть не выдерживающим никакой критики. Вероятно, правительство Ее Величества исходит из того, что джентльменам (и джентльменкам) следует верить на слово, а кто не верит, тот тем самым себя изобличает.

Если же не убояться клейма недоверчивого человека и все-таки критически оценить обвинения джентльменов, то создается впечатление, что в Лондоне вдохновлялись анекдотами про Штирлица – «Штирлиц подошел к Александерплатц и, чтобы не привлекать внимания, пересек ее по-пластунски» а равно «Штирлиц шел по Курфюрстендамм, сзади за ним волочился парашют. В этот день он как никогда был близок к провалу».

Что касается мотивов русских злодеяний, то как ничего правдоподобного не придумали прежде, так ничего не придумали и теперь. На естественный вопрос, зачем русским покушаться на убийство совершенно ничего не значащего человека, причем делать это максимально хитровыделанным способом, чтобы гарантированно привлечь к себе внимание, вразумительного ответа как не было, так и нет. Равно как и почему для своих черных дел русские выбрали исключительно Англию (разве за ее пределами нет целей для злодеяний?), а из всей Англии исключительно окрестности Портон-Дауна, где расположен центр по разработке химического оружия. Как замечал Шерлок Холмс, «Трудно представить себе дьявола с такой ограниченной местной властью. Это же не член какого-нибудь приходского управления».

Если перейти от мотивов к предполагаемой картине злодеяния, все как-то тоже нескладно. Скрипали 4 марта покинули свой дом в 9.15 (зафиксировано камерами) и более никогда в него не возвращались, асассины прибыли в Солсбери в 11.48 и, согласно британским органам, нанесли яд на дверную ручку дома. Но в это время они могли намазать дверь чем угодно – хоть дегтем, хоть какой иной субстанцией, — Скрипалей в доме уже не было.

Разумеется, можно извернуться и здесь. Добровольный помощник органов (британских) кавалер А. А. Венедиктов указывает, что «Это специально подставленная пара. Это пара прикрытия, которая возникла: «О, ребята, мы простые мужики». То есть не исключено, что было две пары. Одна профессионально занималась этим, а другая пара создавала видимость, что это они. На всякий случай». Ловок, в ступе не утолчешь. Но проблема в том, что официальные британские инстанции делают самые далеко идущие выводы именно из предполагаемых действий этой «специально подставленной пары прикрытия» и ни о какой другой паре не сообщают. Не разберешь, кому верить: то ли кавалеру, то ли органам.

С химической составляющей злодеяния тоже полная невнятность. Химики по специальности начинают звереть, когда им рассказывают официальную британскую версию – и есть от чего. «Новичок» оказывается то страшным ядом, современной aqua tofana, от которой нет спасения, то ядом, жертвы которого чудесно выздоравливают. То веществом быстро разлагающимся, то необычайно стойким. То боевым ОВ – что предполагает совершенно определенные тактико-технические данные, то вообще непонятно чем. Запутавшись с одной версией, джентльмены тут же предлагают вторую, третью и т. д. Ибо, как уже было сказано, джентльменам верят на слово.

Специалисты в области парфюмерии тоже обнаружили полную несообразность сообщения о том, что «Новичок» был ввезен под видом духов Nina Ricci – тогда как предъявленная конструкция не соответствуют ни флакону для данных духов, ни вообще флакону для парфюмов – дозатор совершенно не тот.

И вот так у них все. К Терезе Мэй даже нельзя обратиться: «Тебе бы, начальник, романы писать», поскольку у граждан начальников романы получаются хоть с какой-то долей правдоподобия – здесь совсем отсутствующего.

Тем не менее, властям России предлагается либо облекшись в позорное рубище и с вервием на вые отдаться на милость цивилизованного и правдивого мира. Либо – самое меньшее – выстроить линию защиты и достойно объяснить свою невиновность.
Что до первого, то давно уже сказано: «Чистосердечное раскаяние облегчает совесть, но удлиняет срок». Чем кончается смирение перед всеблагим Западом, известно.

Что до второго, приходит на ум классик — «В 1920 году, как вспоминает Эренбург, ЧК поставила перед ним вопрос так: «Докажите ВЫ, что вы — не агент Врангеля». А в 1950 году один из видных полковников МГБ Фома Фомич Железов объявил заключенным так: «Мы ему (арестованному) и не будем трудиться доказывать его вину. Пусть он нам докажет, что не имел враждебных намерений». Удовлетворить великобританского Фому Фомича – но стоит ли?

Все равно не поможет, потому что Фома Фомич меняет версии как перчатки, так что придется оправдываться до скончания века. См. басню про волка и ягненка.
Остается только мужество и терпение. Готовность континентальных держав обслуживать тяжелые комплексы островитян, возможно, велика, но не беспредельна. При этом неясно, что державы с этого имеют.

Скорее всего в данном случае англичанка сумеет нагадить, возможно, даже крупно нагадить, но в среднесрочной перспективе – не говоря уже об отдаленной – это будет последний случай такой крупной гадости. Ибо отблагодарить континентальных соседей за солидарность Лондону по большому счету нечем. Большого совпадения интересов Британии с интересами прочих держав нет, а заокеанский старший брат не слишком надежен – у него слишком много своих забот.

Лондон, очевидно, хочет взять на испуг, его резоны понятны: когда рано или поздно все это закончится и встанет вопрос: «И что все это было?», английской олигархии трудно будет ответить. Следовательно, нужно, единожды сев верхом на тигра, как можно дольше с него не слазить. России, соответственно, надо передать ход и выжидать – скачите дальше.