Госдума диверсифицирует каналы межпарламентского сотрудничества

Госдума намерена активизировать работу с зарубежными коллегами не только по линии групп дружбы, но и между комитетами и парламентскими фракциями. С таким заявлением выступил спикер нижней палаты российского парламента Вячеслав Володин на встрече с послами стран Азии, Африки и Латинской Америки.

По словам председателя Госдумы, в нижней палате создано более 10 межпарламентских комиссий высокого уровня. «За полгода мы создали такие совместные комиссии с Республикой Корея, с Ираном, в стадии завершения процесс создания комиссии с Бунденстагом ФРГ, пройдет перезапуск работы комиссии с Национальным собранием Франции», — отметил Володин.

По его словам, «эта форма достаточно эффективна», поскольку «обязывает работать по конкретной повестке». «Этот формат позволит продвинуться в развитии двусторонних отношений и межпарламентских связей», — полагает спикер.

Кроме того, Володин уточнил, что Госдума намерена активизировать работу с зарубежными коллегами не только по линии Групп дружбы, но и между комитетами и парламентскими фракциями. «Они смогут ежегодно совершать поездки для выстраивания взаимодействия с парламентами и политическими силами. Эта работа в комплексе будет более результативной», — заключил председатель Госдумы.

Такая работа народных представителей дает и может дать в будущем впечатляющие результаты, отметил в интервью Политаналитике директор Международного аналитического центра «Rethinking Russia», политолог Александр Коньков:

— Межпарламентские комиссии существуют давно, между многими парламентами. Это обычная практика, когда создаются смешанные группы, комиссии, в которые входят депутаты разных стран для того, чтобы осуществлять взаимодействие по тем или иным вопросам, встречаться, обсуждать проблемы и интересы.

И Госдума России здесь не исключение. В палате действуют группы дружбы с различными странами. Каждый депутат может записаться в соответствующую группу.

Что касается комиссий, о которых идет речь, то это уже более высокий, системный, более официальный канал межпарламентского взаимодействия, который связан не столько с какими-то неформальными контактами, сколько с реализацией определенных планов по совместному обсуждению тех или иных вопросов и проблем.

Если сейчас ГД перезапускает этот процесс или каким-то образом хочет его систематизировать, это говорит лишь о том, что парламентская дипломатия становится всё более востребованной, особенно в отношении тех стран, которые дистанцируются от взаимодействия с Россией на уровне дипломатии официальной, дипломатии публичной, на уровне коммерческих организаций.

У парламентариев есть возможность, обладая своим статусом, вступать в прямое взаимодействие, прямой диалог со своими коллегами из разных стран; и если такого рода работа институализируется в комиссии высокого уровня, то это, с одной стороны, означает готовность вести диалог на межпарламентской основе, а с другой стороны – говорит о способности преодолевать все те кризисы, которые осложняют сегодняшние международные отношения.

По поводу взаимодействия на уровне фракций. Это важный и зачастую недоиспользуемый инструмент, поскольку в парламентах большинства стран присутствуют представители разных политических сил, которые разделяются, в том числе, и по идеологическим признакам. И на международной арене можно выделить политические силы, которые, будучи национальными по природе, в то же время имеют точки соприкосновения. Между представителями соответствующих фракций, политических сил есть возможность вести более открытый, прямой диалог, чем между представителями конкретных государств, отягощенных грузом проблем, которые существуют в их взаимоотношениях.

Иными словами, между представителями, скажем, рабочих партий, коммунистических, правых, есть явные параллели и общие принципы, на основе которых они могут выстраивать, в том числе, и межпарламентское взаимодействие.