День Помпео

Кирилл Бенедиктов

Майк Помпео, трудившийся на посту директора ЦРУ с 23 января 2017 г., предстал вчера перед Комитетом по иностранным делам Сената США. Слушания в Сенате должны были решить его дальнейшую судьбу: быть или не быть Помпео новым госсекретарем США вместо неожиданно – без предварительных консультаций – отправленного в отставку Рекса Тиллерсона.

В октябре 2015 г., будучи сенатором и членом того же Комитета по иностранным делам, – сам Помпео довел до истерики бывшего госсекретаря Хиллари Клинтон во время продолжавшихся 11 часов слушаний по делу о нападении на консульство США в Бенгази. Мог ли он предположить тогда, что пройдет всего два с половиной года, и он сам будет стоять в этом зале, отвечая на острые и порой весьма неудобные вопросы своих бывших коллег по Комитету?

В период между отставкой Тиллерсона и слушаниями в Сенате многие эксперты – и в США, и в России – были убеждены, что Комитет по иностранным делам одобрит Помпео едва ли не автоматически.

Однако в реальности всё оказалось совсем не так просто. Перед слушаниями неожиданно активизировались противники Майка Помпео, собравшиеся у здания Капитолия, чтобы выразить свое несогласие с назначением экс-директора ЦРУ Госсекретарем США. Присутствовали они и в самом зале, где проходили слушания: стояли в задних рядах, держа над головой плакаты с призывами: «Остановить Помпео!» и «Помпео = еще больше войн!»

Накануне слушаний – 11 апреля – неназванный чиновник из администрации Трампа поделился с Associated Press некоторыми выдержками из речи Помпео, которую он произнес перед сенаторами. Случайно или нет, эти выдержки в основном касались России.

Из того, что стало известно до слушаний, особенно охотно цитировалась западными СМИ (не только американскими, но и британскими) фраза о том, что Помпео намерен «наказывать» Россию за ее «агрессивные» действия. Кроме того, Помпео делал упор на том, что администрация Трампа рассматривает Россию как «угрозу» для США.

Мягкая политика Вашингтона в отношении России «теперь завершилась», говорилось в попавших в распоряжение AP выдержках из речи Помпео. Агрессивная политика России стала возможна только благодаря тому, что США на протяжении многих лет слишком мирно к ней относились. Но теперь это время прошло. США восстанавливают свой ядерный потенциал, проводят модернизацию ядерных средств сдерживания, наложили жесткие санкции на Россию и выслали из страны больше российских дипломатов и сотрудников разведки, чем когда-либо со времен холодной войны. Кроме того, Вашингтон «вооружает храбрых молодых мужчин и женщин, сопротивляющихся российскому экспансионизму на Украине и в Грузии».

Выступление Помпео, отличающееся весьма жесткими, ястребиными формулировками, дало экспертам основания предполагать, что курс, который Госдепартамент выдерживал на протяжении первых пятнадцати месяцев президентства Дональда Трампа в отношении России, может в самое ближайшее время измениться в сторону еще большей конфронтации.

Однако, прежде чем констатировать, что вокруг Дональда Трампа окончательно сомкнулось стальное ястребиное кольцо, следует задать себе вопрос: а в чем, собственно, причина такой избирательной «утечки информации» накануне слушаний в Сенате?

Ответ лежит на поверхности: кандидатура Помпео не является стопроцентно проходной. Бывший сенатор от штата Канзас, когда-то утвержденный на пост директора ЦРУ большинством голосов (66 «за» 32 «против»), теперь такой поддержки уже не имеет. Тогда за него проголосовали не только все республиканцы, но и 14 сенаторов-демократов (а также 2 независимых). Сегодня же многие сенаторы, голосовавшие за него как многообещающего руководителя Лэнгли, сомневаются, что он может быть так же хорош в кресле главы Госдепартамента.

«Я отдал свой голос за Помпео для ЦРУ, исходя из предположения, что он может стать “взрослым в комнате”, — написал в своем Твиттере сенатор от штата Гавайи Брайан Шац. – Я ошибся. Я буду голосовать против Помпео-госсекретаря, потому что глава нашей дипломатии должен верить в дипломатию. У него (Помпео. — К.Б.) тревожная склонность к военным провокациям и балансированию на грани войны».

Шацу вторит сенатор от штата Миннесота Тина Смит: «Госсекретарь должен быть тем, кто может использовать дипломатию для достижения консенсуса. Он должен быть способен представлять американские ценности во всем мире. Более чем очевидно, что Майк Помпео – не такой человек».

В другом твите Смит пояснила свою точку зрения: «Помпео – человек, сделавший рекордное количество антимусульманских заявлений, некоторые из которых он делал на площадке Конгресса. Это человек, который называл практикующих пытку утоплением (в Гуантанамо. — К.Б.) не мучителями, а “патриотами”».

Стоит отметить, что Смит не просто собралась голосовать против Помпео, но и ведет кампанию против него в интернете, помечая свои посты хештегом «#StopPompeo».

Крайне осложняет положение Помпео и то обстоятельство, что его, по всей видимости, не собираются поддерживать два ключевых сенатора-демократа из Комитета по иностранным делам — Тим Кейн и Джейн Шэхин, которые ранее поддержали его назначение на пост директора ЦРУ. В интервью CNN, которое они дали уже после слушаний, Кейн заявил: «Я проголосовал за него в качестве директора ЦРУ, и у меня не было причин сожалеть об этом. Но у меня есть серьезные сомнения в том, является ли он дипломатом, который нам нужен прямо сейчас».

Однако если Кейн и Шэхин еще не определились до конца (во всяком случае, вечером четверга они не были готовы дать уверенный ответ, «за» или «против» станут голосовать), то сенатор-республиканец Рэнд Пол, который и раньше не собирался поддерживать Помпео, заявил, что слушания только убедили его в том, что из экс-директора ЦРУ хорошего госсекретаря не получится.

Если все трое влиятельных сенаторов проголосуют против Помпео, у того не хватит голосов, чтобы получить положительную рекомендацию Комитета по иностранным делам. Второго голосования процедура не предусматривает, и в этом случае Помпео зависнет в буквальном смысле между небом и землей.

Американские СМИ пишут, что, даже если Комитет проголосует против, лидер республиканского большинства Митч Макконнелл может выставить его кандидатуру на голосование в Сенате: это очень редкая практика, но прецеденты такого рода всё же бывали. У республиканцев в Сенате неуверенное большинство (51 на 49 демократов и примкнувших к ним независимых). Учитывая тот факт, что Рэнд Пол собирается голосовать против назначения Помпео на пост госсекретаря, а симпатизирующий Помпео Джон Маккейн отсутствует, проходя реабилитацию после тяжелой операции, расклад в верхней палате не в пользу экс-директора ЦРУ. Лидерам Великой Старой партии нужно перетащить на свою сторону, по крайней мере, одного сенатора-демократа. Все последние дни Помпео старательно работал над тем, чтобы заручиться поддержкой кого-то из демократов. А это оказалось совсем не так просто, учитывая накопившиеся претензии к нему со стороны либералов и прогрессистов обамовского толка.

Известный сторонник легализации марихуаны сенатор Кори Букер, например, живо интересовался, не изменились ли взгляды Майка Помпео на однополые союзы. (В прошлом Помпео уже подвергался критике либералов за то, что повторил молитву известного консервативного пастора Билли Грэма, в которой были такие слова: «Америка поклонилась иному богу, и назвала его мультикультурализмом, и одобрила извращение, и назвала его альтернативным образом жизни», — и теперь находится у них под подозрением.)

Под градом вопросов сенатора-демократа Помпео держался мужественно, заявив, что по-прежнему выступает против однополых браков, но при этом одинаково уважает и натуралов, и геев.

Ополчились на Помпео и законодатели-мусульмане. Двое конгрессменов – Кит Эллисон и Андре Карсон (оба члены Демократической партии) – направили в адрес Комитета по иностранным делам Сената письмо, в котором предостерегали против одобрения кандидатуры Помпео на пост госсекретаря из-за его «долговременных антимусульманских настроений». По их мнению, недоверие экс-директора ЦРУ по отношению к мусульманам сделает его «неэффективным государственным деятелем для лидеров и населения мусульманских стран».

Но почему же сенаторы, которые в большинстве своем благосклонно отнеслись к Помпео в январе 2017, так ополчились на него в апреле 2018?

Дело в том, что директор ЦРУ – это то, что в России принято называть «силовик»: здесь репутация ястреба и сторонника жестких мер играла, скорее, на руку Помпео. А глава Госдепартамента – дело иное, здесь «ястребиность» и готовность решить все проблемы с помощью оружия не приветствуются. Напротив, от госсекретаря требуется, по выражению Тины Смит, «представлять американские ценности всему миру», то есть быть проводником «мягкой силы».

По мнению Тима Кейна, «эта администрация (Трампа. — К.Б.), может быть, больше, чем какая-либо другая, нуждается в ком-то, кто был бы реально привержен дипломатии на посту главы Госдепартамента, потому что президент дипломатией заниматься не собирается. Я думаю, директор Помпео – способный администратор, но его заявления и общее видение… я не уверен, что он демонстрирует то природное чутье дипломата, которое, как я думаю, вы ожидаете увидеть у госсекретаря».

Именно шаткое положение Помпео, столкнувшегося с недоверием сенаторов-демократов и даже некоторых республиканцев, побудило его (и Белый дом, заинтересованный в его назначении) заранее обозначить свою позицию в отношении России. В отличие от многих других сюжетов (отношение к мусульманам, пытки, война в Сирии, северокорейская ядерная проблема), проблема России не предполагает серьезного расхождения во взглядах между умеренными и ястребами, демократами и республиканцами. Заявляя о своей жесткой и бескомпромиссной позиции по отношению к Москве, Помпео старался заручиться поддержкой сомневающихся в нем сенаторов.

Если на многие другие вопросы Помпео давал развернутые (иногда противоречивые и довольно многословные) ответы, то, когда его спрашивали про Россию и связанные с ней темы, он отвечал коротко и четко, по-военному.

Марко Рубио, сенатор-республиканец от штата Флорида (бывший соперник Дональда Трампа на праймериз):
«Вы согласны с тем, что Соединенные Штаты обязаны помогать Украине защищать ее суверенитет?»
Помпео: «Да».
Рубио: «Является ли WikiLeaks врагом США?»
Помпео: «Я полагаю, что да».
Рубио: «Вмешивалась ли Россия в выборы 2016 г.?»
Помпео: «Да, сенатор, это так».

Интересно, что в январе 2017 г. во время слушаний в Сенате, на которых его должны были утвердить главой ЦРУ, Помпео заявил, что еще не выработал четкой позиции в отношении взглядов разведсообщества, согласно которым Россия помогала Трампу на выборах.

Очень жестко допрашивал Майка Помпео по вопросу о вмешательстве России в выборы в США сенатор-демократ Боб Менендес. Менендес специально формулировал вопросы так, чтобы Помпео своими ответами загонял в ловушку президента США Трампа: ведь если бы Помпео начал развивать тему «русского вмешательства» в выборы, он автоматически подставил бы президента (как сделал это на Мюнхенской конференции по безопасности бывший советник Трампа по национальной безопасности Герберт Макмастер).

Вероятность такого сценария наверняка прорабатывалась в Белом доме во время подготовки к слушаниям, именно поэтому ответы Помпео были столь лаконичными. Неудивительно, что разочарованный Менендес нашел его ответы «противоречивыми» и «непоследовательными».

Не вполне понятно, произвело ли впечатление на сенаторов заявление Помпео о том, что несколько недель назад в Сирии «русские столкнулись с достойным противником» и потеряли 200 человек убитыми. С одной стороны, вряд ли кто-то из сенаторов был готов упрекнуть экс-директора ЦРУ в излишней жестокости, а с другой – его риторика лишь подкрепляла опасения демократов и умеренных республиканцев в том, что на посту госсекретаря – да еще с поддержкой нового советника по нацбезу Джона Болтона – Майк Помпео может подтолкнуть и без того импульсивного и порывистого президента прямиком к Третьей мировой войне.

Понимая это, Помпео постарался максимально смягчить представление о себе как ястребе.

«Я не понаслышке знаю о мучительных жертвах, которые приносят наши мужчины и женщины в военной форме. Поэтому, когда журналисты, большинство из которых никогда со мной не встречались, называют меня – или любого из вас – “ястребом” или “военным сторонником жесткой линии”, а то и чем похуже, я только качаю головой. Немногие боятся войны больше, чем те из нас, кто носил военную форму. И между вооруженным присутствием и войной – большая дистанция. Война – это последнее средство. Я бы предпочел достигать целей внешней политики президента с помощью жесткой дипломатии, а не путем отправки на войну молодых мужчин и женщин».

Он уверял сенаторов, что планирует тесно сотрудничать с Комитетом по иностранным делам. «Я сделаю всё возможное, чтобы снимать трубку тут же, как только услышу звонок от вас, и я буду постоянным посетителем Капитолия». Помпео обещал также заняться кадровой политикой Госдепартамента, пришедшей в упадок за время нахождения там Рекса Тиллерсона. Кризис во внешнеполитическом ведомстве США, действительно, нуждается в эффективном «кризисном менеджере», но у сенаторов, похоже, есть серьезные сомнения в том, что Майк Помпео годится на эту роль.

Крайне волнует сенаторов и отношение экс-директора ЦРУ к проблеме иранской ядерной сделки. Уже очевидно, что, назначив советником по национальной безопасности Джона Болтона и продвигая на пост госсекретаря Майка Помпео, Дональд Трамп старается обеспечить себе опору для выхода из Совместного всеобъемлющего плана действий и подготовить почву для возможного вооруженного конфликта с Ираном (устранение иранской угрозы Израилю – одно из главных предвыборных обещаний Трампа в сфере внешней политики). А перспектива войны с Ираном американских законодателей совсем не радует.

На вопрос сенатора Бена Кардина о том, стоит ли США выходить из иранской ядерной сделки, Помпео дал довольно уклончивый ответ: «В случае, если мы решим, что мы никак не можем исправить условия этой сделки, я бы попытался убедить президента в том, что нам необходимо договориться с нашими союзниками о более приемлемых условиях».

«Ястребиные воззрения Помпео на Иран и Северную Корею могут очень легко ввергнуть нас в другую катастрофическую войну, — заявил сенатор-демократ Берни Сандерс (бывший соперник Хиллари Клинтон во время праймериз Демпартии). – Помпео – абсолютно ошибочный выбор для поста госсекретаря. Я буду голосовать против его кандидатуры».

Хотя слушания в Комитете по иностранным делам Сената завершились, долгий «день Помпео» еще не закончился. Газета The Washington Post предполагает, что, несмотря на сомнения и недовольство, высказанные многими сенаторами, Помпео всё же получит пост госсекретаря.

«Исключительная важность момента подталкивает все стороны к осознанию того, что Госдепартаменту нужен руководитель, и Помпео, пусть и несовершенный кандидат, должен приступить к работе как можно скорее», — заключает обозреватель The Washington Post Джош Рогин.

Конечно, Помпео сделал в четверг всё, что было в его силах, чтобы успокоить скептиков: постарался заверить их, что выступает за дипломатическое решение проблем Ирана и Северной Кореи, убеждал, что вероятные последствия решения Трампа выйти из сделки с Тегераном не приведут к войне, пообещал защитить бюджет Госдепартамента и оперативно решить кадровый кризис, вызванный «странным» стилем руководства Тиллерсона. 

И только по отношению к России Помпео выступал как настоящий, патентованный ястреб. Возможно, впрочем, что это лишь политическая игра: СМИ уже обращают внимание на то, что высказывания Помпео о России входят в очевидное противоречие с позицией самого президента Трампа. Помпео собирается быть жестким с Россией, утверждая, что конфликты между США и Россией всегда были вызваны «плохим поведением» последней. В то же время Трамп в своих твитах возлагает «значительную часть» вины за вражду с Россией на «расследование фейкового сговора», «возглавляемого всеми сторонниками демократов или людьми, работавшими на Обаму».

Помпео признаёт, что санкции, введенные против «режима Владимира Путина», не соразмерны («преступлениям России». — К.Б.), и обещает «перезагрузку… сдерживания». Трамп утверждает (в Твиттере) что для плохих отношений с Москвой «нет причин» и говорит о возможности американской помощи российской экономике и необходимости положить конец гонке вооружений.

Очевидно, что расхождения по «русскому вопросу» между Помпео и Трампом не меньше, чем между Трампом и Тиллерсоном. И это, конечно, большая проблема, – решать которую обязательно придется в том случае, если Сенат всё же проголосует за утверждение кандидатуры Помпео на пост госсекретаря США. Возможно, впрочем, что Трамп готов терпеть «ястребиность» Помпео по отношению к Москве в обмен на лояльность в вопросе иранской ядерной сделки. Это, в конце концов, всего лишь вопрос приоритетов.