КТО И ЗАЧЕМ ХОЧЕТ ВЕРНУТЬ КЛИНТОН В БЕЛЫЙ ДОМ?

Расстановка сил в стане демократов и республиканцев, политическая стратегия Хиллари Клинтон и детальный разбор политических перспектив кандидатов на пост президента США в интервью Евгения Минченко «Политаналитике»



– Вы наверняка уже видели предвыборный ролик Хиллари Клинтон?

– Видел.
– Как мы понимаем, в большей части ролика фигурируют группы населения, которые мы все еще считаем меньшинствами. Можно ли сказать, что Клинтон и ее команда будут делать ставку именно на такой электорат, что это ее потенциальные избиратели?
– Вы знаете, я общался с человеком, который сейчас занимается ее "суперпэком" – Джимом Мессиной, в прошлом году. Он, как раз, сказал, что "первым президентом США, у которого был ярко выраженный перекос в сторону меньшинств в структуре электората, был Билл Клинтон. И мы хотим, чтобы у Хиллари доля меньшинств в ее электорате была в два раза больше, чем она была у Билла". Поэтому да, такая задача действительно ставится.
– То есть, она – как представитель Демократической партии – будет эту линию продолжать?
– А им делать нечего. Тут на них играет так называемый "демографический сдвиг", demographic shift, стремительное увеличение доли меньшинств в электорате, оно диктует такую стратегию. На самом деле, республиканцы были бы не против, но у них просто возможностей меньше для маневра. Более того, у них разная стратегия. Если вы смотрели наш последний доклад, то мы как раз там описываем разные подходы к политтехнологической стратегии. У республиканцев стратегия – "от общего к частному". Они выводят некие общие принципы, а потом пытаются к этим принципам подверстать электорат, вокруг них создать коалицию.
Демократы делают по-другому. Они максимально детализированно сегментируют электорат, а потом пытаются из большого количества этих меньшинств собрать уже такую коалицию, не столько одного большого принципиального вопроса, а такую большую ситуативную очень подвижную коалицию. Тем более, что современные средства доставки сигнала до избирателя позволяют донести индивидуализированный месседж практически до каждого избирателя. То есть, например, я разговаривал с ребятами, которые занимались интернет-кампанией Обамы. Они говорят: "Есть сайт, но человек, который туда заходит, особенно если он зарегистрирован, получает индивидуализированную версию сайта Обамы. С подбором тематики для него, с другой структурой новостей".
fotonoticia_20140513122312_800-2.jpg
«Тема латиноамериканского президента может быть актуальна в 2020, 2024 годах. Тем более, что это самая быстрорастущая группа. Главная война сейчас будет за "латино"». Фото: diaro-digital.com
Когда была возможна такая стратегия в последний раз? В городах-государствах Древней Греции и Древнем Риме времен Республики, когда политики могли себе позволить роскошь лично знать каждого избирателя и выступать по отношению к нему с индивидуализированным месседжем. Потом у нас пришла эпоха такой вот массовой пропаганды. И теперь мы снова возвращаемся к тому, с чего начали у истоков демократии – к индивидуализированному месседжу.
– США здесь флагман, так получилось?
– Несомненно.
– Как вы считаете, будет ли Хиллари в какой-то степени улучшенной версией Барака Обамы? Или постарается дистанцироваться от его имиджа?


– Во-первых, они, конечно же, очень разные. Все-таки Обама играл на теме "свежего ветра", на теме борьбы с истеблишментом. А Хиллари – это плоть от плоти, кровь от крови американского политического истеблишмента. Это, собственно, один из основных столпов истеблишмента в США. Причем, понятно, что, например, для Уолл-стрит Хиллари самый оптимальный кандидат среди демократов, понятный. И, в общем, и Обама-то оказался очень близок к финансовому капиталу. Чего от него не ожидали. От него ожидали, что в период кризиса он примет достаточно жесткие меры по отношению к финансистам. Но Обама оказался очень комфортным для Уолл-стрит. Так что с этой точки зрения – реального содержания политики, степени комфорта для Уолл-стрит, американских финансистов – я думаю, что Хиллари будет его продолжением. Но с точки зрения имиджевой, конечно же, она будет очень сильно отстраиваться.

Но вы знаете, они очень хорошо поймали эту экзальтированную волну: "Смотрите, мы молодцы, мы избрали первого чернокожего президента, поэтому давайте теперь изберем первого президента-женщину. Это же тоже здорово!" То есть, как-то так.

– То есть, все складывается в пользу Хиллари?
– Не сказал бы, что все складывается в ее пользу. Потому что, на мой взгляд, этого мотива очень мало – а давайте изберем женщину-президента. Ну, давайте. Тем более, что у республиканцев нет сильных женщин. У них есть Карли Фиорина, бывший руководитель Hewlett-Packard. Но, во-первых, она была не очень успешным менеджером. Во-вторых, ее политический опыт состоит, собственно, из одной большой неудачи, когда она баллотировалась в Сенат и проиграла. Плюс еще не расплатилась полностью с командой. А ведь это один из самых страшных грехов у политика – не расплатиться с консультантами. Там до сих пор какие-то есть судебные разбирательства. Понятно, что у республиканцев нет сильной женщины. Ну а до президента-латиноамериканца еще, наверно, не дошло. Просто по демографии доля не такая большая. Я думаю, что тема латиноамериканского президента может быть актуальна в 2020, 2024 годах. Тем более, что это самая быстрорастущая группа. А главная война сейчас будет за "латино".
– По каким ключевым моментам будут столкновения между демократами и республиканцами в этой кампании?
– Понимаете в чем проблема… сегодня идеологический разрыв внутри партий – между прогрессивным и умеренным крыльями в каждой из них– сильнее, чем различия между истеблишментом демократов и республиканцев. Неслучайно кто-то из представителей Республиканской партии сказал по поводу Джеба Буша, что "я вообще не имею ничего против него, он очень хороший, очень умеренный демократ". И поэтому, скажем, Хиллари и Джеб, кто из них – для большого бизнеса без разницы. Мне кажется, что главное содержание избирательной кампании США сегодня – это сделать так, чтобы на выборах для большого бизнеса вообще не было риска. Пара Буш – Клинтон отвечает этим критериям, потому что оба вполне предсказуемые люди, не склонные к резким движениям, и для Уолл-стрит они оба вполне понятные люди, с которыми есть долгая история отношений.
И, более того, я общался с людьми, которые занимаются финансированием избирательной кампании, которые управляют так называемыми "суперпэками". И у меня интересный диалог состоялся. Я говорю: "Ребят, но вы же понимаете, что с имиджевой точки зрения Уокер (Скотт Уокер – это губернатор Висконсина – прим. Минченко) гораздо более перспективная фигура, чем Джеб. Как минимум, у него другая фамилия. В отличие от Джеба он еще является действующим губернатором, а Джеб когда в последний раз был на госслужбе? Ушел он с поста губернатора Флориды и все это время занимался бизнесом. Уокер трижды выигрывал выборы, причем один раз, впервые в истории США выиграл кампанию по отзыву. Это республиканский губернатор в "демократическом" штате. Молодой, кстати, относительно. То есть, все, что надо для кандидата от Республиканской партии".
Bill_and_Hillary_Clinton_at_1997_inaugural_parade_1-2.JPG
Многие справедливо опасаются, что избрание Хиллари Клинтон будет "покупкой-два-в-одном". На фото: чета Клинтон на параде в честь инаугурации 20 января 1997 года
Они говорят: "Да, но у Уокера все-таки нет этой долгой истории отношений с бизнесом. Он может быть непредсказуемым". Хотя, кстати, говоря, Уокер собрал рекордные деньги в свой "суперпэк" на последних губернаторских выборах и, кстати говоря, очень много денег добыл за пределами штата. Поэтому как-то вот так. Пока Джеб для большого бизнеса выглядит более комфортным.
– По вопросам внешней политики тоже будет консолидированная позиция? Или же могут появиться какие-то разногласия?
– Пункт первый. Что касается внешней политики, то для американских выборов этот вопрос всегда вторичный. Но он чуть ли не единственный раз вышел на передний план в 2004 году. Как раз, когда была война в Ираке, и там гибли американские солдаты в большом достаточно количестве. Это да, это создавало сильный перевес внешнеполитического компонента на выборах. Но сейчас ситуация не такова, поэтому конечно же проблема в том, что в США можно сказать, что есть три, даже четыре основных установки. Первая, в которой, кстати говоря, сходятся радикалы внешнеполитические Демократической и Республиканской партий. Это такой экспансионизм: "экспорт демократии", "надо идти на смену режима, несмотря на последствия, потому что все равно станет лучше", "демократии друг с другом не воюют" и так далее. В этом смысле нет никакой разницы между Хиллари и неоконсерваторами республиканскими, например. И это сегодня доминирующее направление, на самом деле.
Второе направление, такое, реалистическое. Это, скорее, школа Генри Киссинджера. Кстати говоря, более сдержанно стал Збигнев Бжезинский выступать, что удивительно. Но их практически сегодня не слушают, тех, кто говорит про "баланс сил" и так далее. Все-таки, внешняя политика очень идеологизирована в США сегодня. Третий блок — это такие "реалисты-алармисты", которые исходят из того, что есть некий баланс сил, надо за ним следить, но они считают, что не должно быть даже намека, что появится какая-то сила, которая может в принципе оппонировать США.
– Ни Китай, ни Латинская Америка?


— Да. Ну, Латинская Америка – она и не может. Но, в основном, конечно же, это тема Китая и России. Они продвигают тему ограничения, в первую очередь, военно-морской мощи Китая. Сдерживания, создания пояса союзников США вокруг Китая. И, соответственно, что Россия проиграла Холодную войну и ни в коем случае нельзя дать ей подняться после этого проигрыша и Россия должна знать свое место и не дергаться. Даже не думать, что она может играть какую-то роль. "Вы проиграли и скажите спасибо, что вас не уничтожили". Собственно, и четвертое настроение, не очень популярное – это изоляционисты.
Ярчайшие выразители этой тенденции – конгрессмен Рон Пол и, соответственно, его сын Рэнд Пол. Люди, которые говорят, "слушайте, ребята, что-то слишком нам дорого обходится эта история внешнеполитической активности, тем более, без особых результатов. Давайте-ка все это дело сворачивать, заниматься экономикой". Но это пока маргинальная позиция. Поэтому все-таки пока экспансионисты превалируют. Причем, идеологически заряженные – "Америка – это "град на холме" и так далее. Есть, конечно же, дискуссионные вопросы. Кстати говоря, Россия в их число не входит. В общем-то, по России есть консенсус – "режим плохой, было бы неплохо его поменять, но в идеале сделать бы это как-нибудь так, чтобы не было рисков, связанных с утечкой ядерного оружия". Мое мнение, честно говоря, чем меньше будет обсуждаться тема России в США, тем лучше, потому что ничего хорошего от этого обсуждения не будет. Лучше ее заморозить и забыть.
А в топе сегодня темы: Иран, ИГИЛ, Северная Корея, Куба. Неожиданно произошел в последнее время раскол в американской элите по отношению к Израилю. И я очень удивился, что многие мои знакомые, евреи по национальности, американские эксперты или политики, очень критически относятся к Биньямину Нетаньяху и вообще к политике Израиля. Особенно те, которые входят в круг Демократической партии.
img_1750.jpg
Евгений Минченко: "Мое мнение, честно говоря, чем меньше будет обсуждаться тема России в США, тем лучше, потому что ничего хорошего от этого обсуждения не будет. Лучше ее заморозить и забыть"
– И у Клинтон был эпизод, помните, когда она обняла жену Арафата, и потом ей пришлось извиняться перед евреями. Проблемная довольно тема.
– Кстати, Clinton Foundation получал большие взносы от различных исламских стран. Понятно, что все это было обставлено очень красиво – помощь каким-нибудь пострадавшим от землетрясения на Гаити и еще что-то. Но реально одна из скандальных тем – это многомиллионные пожертвования правительств исламских государств в Фонд Клинтон.
– Хорошо. Вроде понятно – есть консенсус, а если заходить с другой стороны – России будет удобнее с кем общаться?
– Ни с кем. Учитывая историю взаимоотношений с семьей Бушей, когда я читаю эти тексты, что ЦРУ развалило СССР… СССР развалился сам. При помощи своих непрофессиональных безграмотных элит. И система сама была нежизнеспособной, на мой взгляд. Хочу просто напомнить одну простую историю – эту знаменитую "котлету по-киевски" Буша-старшего. Когда он незадолго до развала СССР в Киеве произнес речь, в которой призвал украинцев не стремиться к независимости, а сохранять единое государство СССР. Это был 1991 год. Были большие дебаты по поводу этой речи, и Буш говорил, что "я полностью поддерживаю эту идею". Они же до последнего поддерживали Горбачева, а не Ельцина. Ребят, ну кто его разваливал? Чего смеяться-то. На самом деле, развал Советского Союза застал американцев врасплох. Более того, если посмотреть здраво на роль американцев, то американцы же добились того, что из 4 республик в составе СССР ядерное оружие осталось только у России. Поэтому, когда рассказывают нам, что Америка, дескать, всегда стремилась уничтожить Россию, что же она ядерное оружие то все в России собрала и делала все, чтобы сдали свое оружие Украина, Белоруссия и Казахстан. Наоборот, казалось бы, "разделяй и властвуй",  дави. Но нет. Поэтому не надо упрощать американскую политику.
Что касается Буша-младшего, то там более запутанная история. Потому что, конечно же, сначала у них просто был роман с Путиным. И Россию даже пыталась позиционировать как союзника США в борьбе против мирового терроризма. Известна эта история, которую очень любит рассказывать Владимир Путин: о том, как после 9/11 он был первым из мировых лидеров, кто лично позвонил Бушу и сказал, что "все, что ты попросишь, мы сделаем". И, кстати, Россия действительно выполнила все свои обязательства – американцы это признают сами – по этому вопросу нет споров. Россия сделала все, что она пообещала. А в ответ получила расширение НАТО на восток, сеть цветных революций. Другое дело, что я бы тоже не преувеличивал роль американцев в грузинской революции, в украинской. Я думаю, что все-таки там первичными были внутренние причины.
– Свои подстрекатели?
– Да. Но внешние факторы, конечно, сыграли тоже роль. И после этого произошло охлаждение, но при этом, насколько я понимаю, личные отношения, несмотря на все эти истории, младшего Буша и Путина остались достаточно хорошими. У российского лидера было достаточно много вопросов к команде американского коллеги, но лично к нему, как к человеку, он продолжает относиться с определенной теплотой. И в этом смысле, конечно же, надо учитывать семейную историю и то, что Джеб Буш человек достаточно рациональный, адекватный и без мессианского комплекса, которым обладал его брат. То есть, его старший брат – он new-born — новообращенный христианин, обретший Христа по-настоящему в возрасте. Завязавший алкоголик. Понятно, это особый тип личности. А у Джеба, который, кстати говоря, поменял религию на католичество, гораздо более рациональный, сдержанный подход. И в этом смысле, я так думаю, Джеб – это человек, с которым, по крайней мере, понятно, как договариваться.
elizabeth-warren.jpg
Евгений Минченко убежден, что у сенатора Элизабет Уоррен – которая вместе с Хиллари может выдвигаться на пост президнта от Демократической партии – нет никаких шансов. Фото: nyopoliticker
Хиллари… Меня, кстати, удивило, что у нас в российских СМИ пошла волна публикаций, о том, что Хиллари – это меньшее из зол. Это не так. Во-первых, у нее есть личное напряжение в отношениях с Путиным. Во-вторых, она олицетворение идеологии такого воинствующего феминизма и в этом смысле для нее Путин не просто руководитель опасного непредсказуемого государства, проводящего агрессивную политику, это еще и агрессивный сексист. У нас эти знаменитые фотографии Путина с обнаженным торсом, они как-то прошли и ладно. А у американцев – это до сих пор первое, что они вспоминают по поводу Путина. Типа того, что "чего же он у вас все время без рубашки ходит". Да ладно, была одна единственная фотосессия. "Нет, мы знаем, он у вас все время ходит без рубашки, показывает свой торс". А у них эта демонстрация маскулинности, в американской политической культуре она сегодня табуирована. По сути дела, чуть ли не последний, кто это демонстрировал, был Арни (Арнольд Шварцнегерред.).
– Есть ли у Хиллари Клинтон конкуренты внутри Демократической партии. Пусть даже не конкуренты, но все же значимые фигуры, которых партия может выдвинуть?
– В этом главная проблема Демократической партии: у них практически вытоптан второй эшелон. Хиллари выросла такая большая, и отбрасывает такую большую тень, что в этой тени никто не вырастает. Причем, там есть несколько фигур, но любая из них вряд ли может серьезно выступить на всеобщих выборах. Но из губернаторов – Мартин О’Мэлли, Мэриленд. Продвинутый. Реализовал там все вот эти законы о гей-браках и так далее. То есть, всю эту повестку демократическую у себя в штате. Но если его сопоставить с линейкой, например, республиканских губернаторов. Там такие монстры, как Уокер, Кристи, Бобби Джиндал из Луизианы. Такой вот, индус продвинутый, очень бодрый. Любой республиканский губернатор выглядит гораздо более сильные, как руководители регионов. Кейсик – это типа нашего Артамонова по имиджу. Человек, который обеспечил рост доходов бюджета и так далее, привлек инвесторов, какое-то огромное количество рабочих мест создал. То есть, возьми Кейсика, который вообще относится к третьему эшелону Республиканской партии и поставь рядом с ним О’Мэлли. Кейсик выглядит гораздо круче.
Элизабет Уоррен – сенатор, борец с Уолл-стрит, прогрессистка. Но, во-первых, у нее та же имиджевая проблема, что и у Хиллари, с точки зрения того, что ее обвиняют в неискренности, в том, что для борца за права простых людей она слишком хорошо живет, там дорогой дом. У нее был известный скандал – у нее же прозвище Фокахонтас. Вот была Покахонтас, а это fog – туман, то есть, "мутная Покахонтас", потому что она в свое время приписала себе индейское происхождение, а потом не смогла его доказать. То есть, из карьерных соображений пыталась спозиционировать себя как представителя коренного населения. А у них это большой скандал. Его как-то затерли, но, в общем, это еще всплывет. И я считаю, что у Уоррен никаких шансов на всеобщих выборах нет. Хотя, наверное, Обама был бы готов поставить скорее на нее, и значительная часть демократического истеблишмента тайком помогала Уоррен.
Насколько я понимаю, на прошлой неделе произошло выяснение отношений внутри Демократической партии, и Хиллари была очень возмущена всеми этими утечками, в которых она небезосновательно подозревает представителей своей собственной партии. Поэтому я думаю, что на этом этапе произошла какая-то консолидация вокруг фигуры Клинтон. Но, не факт, что это продлится долго. По крайней мере, сейчас, в последние пару недель партии удалось консолидировать и не факт, что это хорошо. Потому что все-таки с точки зрения месседжа пока не очень понятно. Вот тот же самый Дэвид Аксельрод, который был одним из авторов победы обеих кампаний Обамы, он как раз и спрашивает, а Ready for Hillary – это что значит? Это какой месседж?

Но в данный момент, насколько я понимаю, основная концепция Хиллари – это тема защиты интересов среднего класса. Вернуть средний класс, который в последнее время сужался за счет с одной стороны роста количества сферы богатых, с другой стороны, за счет роста бедных, которые живут на пособиях и так далее. И Хиллари пытается позиционировать себя именно как защитницу среднего класса, но при этом реально ее политика, это с одной стороны welfare, а с другой – защита Уолл-стрит. По сути дела, ее реальная политика, которую она проводила долгое время, противоречит основному месседжу, который они сегодня пытаются продвигать.

– То есть, будем следить, удастся ли ей усидеть на двух стульях одновременно?
— Да. И все-таки – возраст. Не самая юная леди. Состояние здоровья – была операция недавно. Были какие-то серьезные проблемы. Потом, очень многие ее просто не любят, не переваривают. С одной стороны, они с Биллом, конечно, молодцы, они вот эту линию "услуга за услугу", такую свою клиентелу выстроили очень серьезную. Но, с другой стороны, врагов тоже поднакопили. Причем, о Хиллари такие слухи ходят, что если ей кто-то перешел дорогу, она его записывает в книжечку и никогда не забывает. Поэтому, если кто-то считает, что он в эту книжечку попал, то он будет стараться сделать все, может бить не напрямую, а исподтишка, чтобы Хиллари не победила. Собственно, в этом и заключается феномен Обамы 2008 года, когда он неожиданно выиграл "праймериз". Потому что очень у многих статусных демократов было настроение такое, что "кто угодно, только не Хиллари". Но, кстати, еще есть один важный момент, что к Биллу все очень хорошо относятся. Но, все-таки, фактор "второго пришествия Билла" – а все считают, что это будет "покупка два-в-одном" –  тоже создает определенные проблемы. Кстати, позавчерашний скетч в SaturdayNightLife – когда Хиллари пытается заснять селфи, а у нее за спиной ходит Билл с саксофоном – очень точно передает восприятие этой пары, которая есть сегодня у американского политического истеблишмента.