Россия заняла позицию ключевого игрока на Ближнем Востоке

Экспертное сообщество анализирует экспресс-вояж Владимира Путина сначала в Сирию, на российскую базу Хмеймим, потом в Египет и, наконец, в Турцию.

На базе Владимир Путин объявил операцию воздушно-космических сил России в Сирии законченной. Он подчеркнул, что Сирия сохранится как независимое государство и что Россия выведет значительную часть своего военного контингента. Но там у России остается два пункта базирования (Хмеймим и Тартус для ВМФ), добавил президент: «И если террористы вновь поднимут голову, то мы нанесем им такие удары, которых они пока и не видели».

Выступая по окончании российско-турецких переговоров перед журналистами, Путин сообщил, что обсуждал с Эрдоганом ситуацию в Сирии, где от террористов «освобождена практически вся территория». «В случае возобновления очагов сопротивления со стороны террористов будем предпринимать эффективные ответные меры», — пообещал российский лидер.

Кроме того, и в Египте, и в Турции стороны обсуждали ситуацию, которая сложилась после заявления Дональда Трампа о том, что США теперь считают столицей Израиля Иерусалим.

Политолог Федор Лукьянов, между тем, подчеркивает, что основной темой поездки Путина остается сирийский вопрос:

– Понятное дело, что главное – это заявление об окончании масштабной фазы операции в Сирии. Это, безусловно, очень заметное событие, к которому все по-разному отнесутся, но это определенная веха.

Попытка сказать, что тем самым Россия переходит в несколько иное качество, становится необходимой и незаменимой силой в данной ситуации на Ближнем Востоке, чтó имеет свои плюсы и минусы.

Во всяком случае, президент это дело зафиксировал, дальше вопрос о дипломатических усилиях, о том, каким образом продолжать процесс политического урегулирования, как будет устроена будущая Сирия, степень ее гомогенности и так далее. В общем, масса вопросов, но это уже то, что не решается военными средствами. Это может решаться только средствами политико-дипломатическими, что и будет продолжаться. Тут, конечно, гарантий успеха нет, хотя предпосылки определенные созданы.

Что касается двух других визитов, то, я думаю, Турция напрямую связана с сирийским вопросом, потому что нет никаких шансов на успех, если Турция опять перейдет во враждебный лагерь. Это просто критически важно, но пока обе стороны понимают, что им необходимо это взаимодействие.

Ну и Египет — просто фиксация значимости Египта, который напрямую к Сирии отношения не имеет, но это самая большая арабская страна, и очень важно, чтобы в процессе сирийского урегулирования не создавалось впечатления, что три неарабских государства каким-то образом пытаются разобраться с сердцевиной арабского мира; если это будут только Россия, Турция и Иран, как до сих пор, то это явно не имеет твердых перспектив успеха.

Плюс заявление о намерении возобновить авиасообщение. Это то, чего очень ждали в Египте, поэтому, я думаю, что тем самым отношения укрепились. В целом, это свидетельство того, что роль России на Ближнем Востоке — несколько даже неожиданно — стала ключевой. Мне кажется, это даже не входило в тактические планы. Так что, теперь вопрос, что с этим делать?