«Посмотрите на эти цифры, крах близок»

Исследовательская группа ЦИРКОН обнародовала результаты социологического исследования, проведенного ею в конце декабря прошедшего года и посвященного вопросам единствам и разобщенности в российском обществе.

Согласно полученным социологами данным 75 процентов респондентов «готовы объединяться с другими людьми для совместных действий, если их идеи и интересы совпадают».

В то же время более половины опрошенных (57 процентов) полагают, что в стране в настоящее время «больше несогласия и разобщенности». Еще треть респондентов (30 процентов) считает, что в стране в целом наличествуют «сплоченность и согласие», а 13 процентов затруднились с ответом.

Любопытные результаты показали ответы на вопрос о группах населения страны, между которыми, по мнению респондентов, существуют наиболее острые противоречия. Наибольшее количество голосов получили следующие пункты:
1. Между властью и народом – 45 процентов;
2. Между богатыми и бедными – 40 процентов;
3. Между людьми разных политических убеждений – 24 процента;
4. Между чиновниками и рядовыми гражданами – 23 процента.

В качестве сравнения приводится аналогичный опрос, проведенный Институтом социологии Российской академии наук в 2015 году. Тогда раскол между властью и народом ощущали 32 процента, между богатыми и бедными – 37 процентов, а между людьми разных политических взглядов – 6 процентов.

Социология в современном мире столкнулась с крайне сложным вызовом, который ставит под вопрос ее будущее как таковое.

Изначально социология была сферой познания человеческого общества в чисто академическом смысле этого слова. Затем она стала крайне полезным инструментом, с помощью которого этот самый мир изменяли бизнес, политика и государство, поскольку понимание настроений и образа мыслей общества действительно помогает при взаимодействии с ним.

Беда в том, что на наших глазах за последние годы социология превращается из инструмента внутренней кухни общественно-политической сферы в ее медийное сопровождение, в результате чего она подтачивается и изнутри, и снаружи.
Чисто теоретически вышеприведенное исследование должно было бы стать предметом профессионального обсуждения в самых разных кругах. Сами социологи могли бы подробно обсуждать, насколько корректно называть «аналогичными» и сравнивать результаты исследований, проведенные двумя разными организациями, а значит с неизбежностью несущими в себе серьезные методологические различия. Для экспертов в области политики – да и для самих политиков – значимым могло бы стать содержательное осмысление представленных цифр и пути их практического использования в дальнейшей работе с российским обществом.

Однако уже произошедшая деградация положения социологии приводит к тому, что единственным способом использования исследования становится самая дешевая и топорная пропаганда. Оппозиционные СМИ – и либеральные, и левые – дружно занимают злорадную позицию «крах режима близок – посмотрите на эти цифры, до чего Кремль довел страну». Лоялистские медиа занимают оборону и задают вполне разумные вопросы по существу исследования и по представленным результатам, которые ставят под сомнение объективность как самих цифр, так и их интерпретации.

Социологию можно – и даже нужно – использовать в политической работе, в том числе для создания пропаганды. Но ее саму превращать в пропаганду – крайне опасный путь, поскольку на нем очень быстро утрачиваются те достоинства и преимущества, которые предоставляло объективное изучение и отражение общественных реалий. Собственно до чего может довести подобный подход, наглядно показали последние президентские выборы в США, когда пропагандистские игрища социологов и с социологами обеспечили катастрофический провал прогнозов, которые они давали.

Самое главное, что КПД такого подхода откровенно невелик. Социология обладает огромными возможностями в вопросе познания общества, но ее пропагандистский потенциал весьма незначителен. И прямо на наших глазах он окончательно исчерпывается.