ТАРАСЕНКО: Разрыв дипотношений с Катаром вряд ли повлечет войну

Шесть арабских государств — Бахрейн, Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ, Йемен и Ливия — разорвали дипломатические отношения с Катаром.

Первым о разрыве заявило островное королевство Бахрейн. В сообщении, которое распространило официальное агентство страны, отмечается, что на такой шаг Манама пошла из-за продолжающейся политики Дохи по «раскачиванию» ситуации в Бахрейне. Также власти Бахрейна обвинили своих соседей в поддержке террористов.

Бахрейн отвел катарским дипломатам 48 часов на то, чтобы они покинули территорию королевства. Кроме того, Манама приостановила авиа- и морское сообщение с Дохой и запретила катарцам посещать Бахрейн. Также власти запретили своим гражданам посещать Катар.

Через несколько минут после заявления Бахрейна об аналогичных шагах объявили в Эр-Рияде, Каире и Абу-Даби. Позднее к ним присоединились правительства Йемена и Ливии.

«Правительство Арабской Республики Египет приняло решение о разрыве дипломатических отношений с Катаром по причине продолжения катарскими властями враждебного поведения в отношении Египта», — заявил официальный представитель египетского МИД.

ОАЭ обвинили Доху в поддержке и финансировании «террористических, экстремистских и сектантских группировок во главе с ассоциацией «Братья-мусульмане»*.

В свою очередь командование арабской коалиции во главе с Саудовской Аравией объявило о прекращении участия Катара в военной операции в Йемене «из-за поддержки Дохой исламистских радикалов.

Конфликт между Катаром и его соседями произошел спустя неделю после саммита стран Персидского залива и США в Эр-Рияде, когда Катарское агентство новостей разместило речь от имени эмира страны в поддержку выстраивания отношений с Ираном. При этом на самой встрече саудовские власти от имени всех гостей осудили Тегеран за его «враждебную политику» и пригрозили адекватным ответом.

Позднее официальный представитель МИД Катара заявил, что сайт агентства взломали и речь от имени эмира опубликовали хакеры. Однако Саудовская Аравия, ОАЭ и Бахрейн сочли опровержение неубедительным и продолжают настаивать, что слова о нормализации отношений с Тегераном действительно принадлежат эмиру.

Госминистр ОАЭ по иностранным делам Анвар Гаргаш призвал Катар изменить свою политику и не повторять прежних ошибок, чтобы восстановить отношения с соседями.

Госсекретарь США Рекс Тиллерсон, комментируя решение арабских государств о разрыве дипотношений с Катаром, призвал стороны «сесть вместе за стол переговоров и устранить разногласия». Американский дипломат отметил, что Вашингтон готов помочь сохранить единство Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива.

Арабист и руководитель арабского направления Центра востоковедных исследований международных отношений и публичной дипломатии Дмитрий Тарасенко говорит, что предпосылки этого противостояния возникли уже давно:

– Необходимо сказать, что Катар не просто член Лиги Арабских государств. Есть гораздо более тесное объединение – Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Туда входят все арабские монархи, и это прогрессивное интеграционное объединение на территории Ближнего Востока. Его называли и прообразом ЕС, и прообразом НАТО (там есть и военная составляющая).

В момент создания у него было большое будущее. Сегодня этот проект практически не работает, раздираемый множеством противоречий, в первую очередь между двумя центрами, как идеологическими, там и финансовыми – это Катар и Саудовская Аравия. Они являются центрами поддержки полулегальных, не совсем легальных и совсем не легальных образований на Ближнем Востоке.

Это группировки различного экстремистского толка и при этом направленность у них разная. Если Катар поддерживает «Братьев-мусульман», и является спонсором этой организации во всей ее вариациях (они есть в Египте, в Палестине, на этой почве Катар сотрудничает с Турцией). То Саудовская Аравия поддерживает группировки слегка другого толка, которые больше аффилированы с Аль-Каидой, и за счет этого идет борьба за власть.

Напомню, что «Братья-мусульмане» – это сунниты. Но религиозные противоречия есть и внутри этой конфесии. Катарский ислам, как и у Саудовской Аравии, тоже ваххабитский, это государственная религия страны, и катарская элита считает своим долгом пропаганду и распространение этого религиозного учения, как и Саудовская Аравия. Только катарские шейхи с гордостью говорят, что именно эмир Хамат является 17 праправнуком великого проповедника из Неджида, Мухаммада ибн Абд аль-Ваххаба – основателя ваххабизма, и что они несут светлое, доброе и вечное в этом отношении миру, а саудовские власти пришли непонятно откуда, без рода и племени и что они исказили ваххабизм. Это не то, что противостояние внутри суннитских школ масхабов, противостояние идет в одной ваххабитской школе, и там есть множество вариаций.

Присутствует и внешний фактор. Новый кабинет Трампа сместил акценты на Ближнем Востоке, Трамп вернулся к традиционным союзникам – Саудовской Аравии и Израилю, активно противостоит Ирану. Саудовская Аравия опасается влияния Ирана, это основной геополитический и идеологический соперник саудитов. При этом Катар имеет более тесные связи с Ираном, и он не устает это показывать. Катарский эмир одним из первых прокомментировал удачные президентские выборы, поздравил Рухани с недавним переизбранием. Катарские газеты активно освещали всю президентскую кампанию и ходы выборов в Иране.

Саудовская Аравия опасается того, что Катар станет таким агентом влияния Ирана, хотя далеко не всё так просто. Эти отношения даже не столько настораживают, сколько являются открытым вызовом Саудовской Аравии и суннитскому блоку.

Что касается Трампа, то такой курс Катара не приветствуется. Трамп пришел с риторикой неприятия проекта группировки «Братьев-мусульман», а это основной внешнеполитический проект Катара, который он экстраполирует вовне. И мы могли заметить предпосылки нынешнего кризиса, когда Катар выслал со своей территории хамасовцев, то есть раликальное крыло, которое есть в Палестине. И таким образом показывалось, что они готовы идти на уступки, но видимо этого оказалось недостаточно, и отношения пришли к нынешней критической точке.

К чему это приведет? – Не думаю, что к прямым столкновениям между Саудовской Аравией и Катаром, несмотря на то, что инцидент подобный был в1992 году.

Сейчас, возмодно, начнутся торги, будет выдвинуто условие оказывать меньше поддержки группировкам, ассоциированным с «братьями», или полного отказа от контактов с Ираном. Будет диалог через посредничество, возможно, Турции. Неизвестно, что будет происходить в ССАГПЗ, потому что такой вариант не был учтен, а интеграция не подразумевает разрыва дипотношений.

Что касается эскалации в Сирии и в Ираке – она возможна, это та самая форма гибридной войны, когда группировки, которые финансируются и поддерживаются различными ресурсами, они и так между собой не контактировали, имеется в виду прокатаровские и просаудовские. То, что они не слишком дружелюбны по отношению друг к другу – это мало сказать, там были прямые столкновения, и даже когда происходило наступление армии Башапа Асада, кооперация на фронте у них была минимальная. Сейчас, возможно, стоит сказать о том, что будет усилено противостояние между бывшей Джабхат аль Нусрой, которая является филиалом Аль-Каиды, и армией ИГ, которые больше негласно поддерживаются Катаром.