ИГ в целом разгромлена, Сирии пора переходить к политическому процессу

Владимир Путин встретился с сирийским лидером Башаром Асадом, чтобы обсудить проблемы восстановления страны. По мнению российского президента, операция против боевиков в республике близится к завершению.

Главное сейчас — перейти к политическому урегулированию. Президент отдал должное тому, что Дамаск готов работать со всеми, кто хочет мира и стабильности, а также обратил внимание, что удалось начать «настоящий, глубокий диалог с оппозицией».
Завтра президент России проведет встречу с президентами Турции Реджепом Эрдоганом и Ирана Хасаном Роухани. На повестке дня тот же сирийский вопрос.

Путин отметил вклад в урегулирование, который внес астанинский процесс. «Благодаря астанинскому процессу нам удалось создать зоны деэскалации, а это, в свою очередь, позволило начать практически впервые настоящий, глубокий диалог с оппозицией», — сказал он.

Глава российского государства надеется в самое ближайшее время поставить окончательную точку в борьбе с терроризмом в Сирии (хотя понятно, что одномоментно все очаги сопротивления не подавить). Как отметил Владимир Путин, «проблем с терроризмом еще хватает и в мире, и на Ближнем Востоке, и в Сирии в том числе».

Арабист и руководитель арабского направления Центра востоковедных исследований международных отношений и публичной дипломатии Дмитрий Тарасенко указывает, что в основе повестки сочинской встречи Путина и Асада была благодарность за помощь России в освобождении Сирии от террористического элемента:

– В конце сентября мы отметили вторую годовщину начала российской операции в Сирии. И уже в тот период представители Минобороны России начали говорить о скором сокращении военного контингента. Есть несколько значимых моментов в сирийской компании российских ВКС – это освобождение Алеппо (в некоем смысле Сталинград кампании) и недавнее освобождение Дейр-эз-Зора (значимый транспортный узел, который долго находится в осаде). Это знаковые события. Совсем недавнее событие – освобождение города Абу-Камаль, последнего крупного города, находящегося под властью ИГИЛ (мелких еще хватает, говорить об окончательном изгнании боевиков пока не приходится).

Время переходить к политическому процессу. Это был второй большой тематический пласт, который обсуждался на встрече президентов. И в этом контексте уместно выделить новую инициативу российского руководства – проведение Конгресса народов в Сирии. Главный тезис Москвы с самого начала кампании: будущее Сирии должны определять сирийцы. Говорят, что Россия поддерживает исключительно режим Асада, но это не так.

Изначально мы говорили, что сирийцы должны решить, как им жить дальше. Продолжение этого тезиса – Астана, когда мы говорили с руководителями боевых группировок, имеющих власть на местах. Это было в противовес Женеве, которая говорит о более серьезных изменениях в политическом формате. В Астане же шла речь о необходимости снижения интенсивности боевых действий.

Новый этап – это Конгресс народов Сирии. Там будут представлены все наиболее значимые политические движения и народы – их около тридцати трех. Они должны приехать из Сирии в Сочи и будут говорить о том, как они видят будущее своих стран. Это будет непростой процесс, потому что даже на уровне согласования есть три гаранта переговорного процесса – Иран, Турция и Россия. Турция выступает против того, чтобы курды заявлялись значимым этносом в Сирии, турки выступают против их участия, у них есть свои причины на это. Несколько раз переносилась дата, но говорить о том, что процесс идет, можно до сих пор.

В Сочи 19 ноября на встрече министров иностранных дел проговаривался этот момент. Турецкие дипломаты выступили в очередной раз против (позиция Анкары по этому вопросу неизменна). Но на этом обсуждение не прекратилось, оно продолжилось (насколько я понял) и на встрече Путина и Асада. И данная концепция, скорее всего, будет также положена в основу политического урегулирования.

Несмотря на то, что Россия организует собственные площадки, на которых выступает модератором и гарантом, это всё делается в рамках женевского процесса, о чем не перестают напоминать официальные лица. Будущее Сирии должно решаться в том числе и при участии ООН. А Конгресс народов должен поспособствовать процессу, который происходит сегодня в Женеве.

Это важно понимать потому, что главный момент – главный принцип Конгресса народов – инклюзивность. Нельзя потерять этот принцип; и чем больше будет представленность, тем прочнее будет фундамент для будущего Сирии. В Ираке американцы после своих кампаний этот принцип не соблюли, и сунниты были выключены из этого процесса. Это стало одним из факторов появления и укрепления Исламского государства. Подобного допускать нельзя.

Несомненно, у Ирана, Турции и России есть свои интересы на сирийском пространстве, которые зачастую противоречат друг другу. Но в том и мастерство дипломатов, что о такой связке вообще смогли говорить на сегодняшний день. Изначально непримиримая позиция Анкары по отношению к факту самого существования Асада в качестве главы Сирии была преодолена. В основу этой связи был положен принцип рациональности. Откладывали с дальним прицелом те вопросы, которые предстояло решать в будущем, и сосредотачивались на более практических, прагматических задачах: формирование зон деэскалации и наблюдательных комиссий и центров по контролю за соблюдением режима прекращения огня , противостояние тем группировкам, которые однозначно воспринимались всеми игроками в качестве террористических и подлежащих уничтожению.