Эволюция попрошаек

Дмитрий Фетисов

Все последние годы российская оппозиция медленно, но верно деградировала. Отдельные ее представители местами росли как медиа-фигуры, но скатывались вниз как политики.

Это касается не только несистемной оппозиции, но и парламентской. Про кризис в КПРФ и «Справедливой России» понятно уже даже далеким от политики людям. И если первая рискует только потерять статус «второй партии страны», то физическое существование второй в ближайшие годы находится под вопросом.

У несистемной оппозиции положение еще хуже. Она уже не может собирать Болотную и Манежную, как раньше. Ставка Навального на протестные акции, в том числе в регионах, не оправдала себя. Даже с учетом совсем юных участников, внезапно заинтересовавшихся  контентом, который Навальный им предлагает, численность акций заметно снизилась по сравнению с 2011-м годом. Тем более происходит это на фоне усиления работы Кремля и «Единой России» с региональными проблемами и понимания запросов общества, что также уменьшает число недовольных и желающих идти на протестные акции.

На фоне пассивности оппозиционного электората и малочисленности его рядов отчетливо становится заметен и другой тренд. Несистемная оппозиция и не пытается бороться за победу. И у Навального, и других представителей оппозиционного лагеря уже не видно призывов к своим сторонникам идти во власть в регионах и начинать пусть с маленьких, но политических побед. Призывы теперь звучат совсем по-другому и сводятся они к банальному — «дайте денег».

Навальный вместе с Кацем под лозунгами об участии в президентских выборах постоянно призывает сторонников перечислять пожертвования, подчеркивая, что без них невозможна масштабная кампания. Сторонники, не желая хоть чуть-чуть вникнуть в законодательство и не понимая, что участие Навального в президентских выборах просто невозможно по закону, эти деньги перечисляют. Навальный же, который находится в ситуации, когда каждая копейка на счету и необходима на выборах, не таясь от своих фанатов, предпочитает часто ездить на отдых вместо того, чтобы вести кампанию. Но доверчивые сторонники всё равно и дальше финансируют деятельность человека, который уже давно перестал быть политиком и стал обычным медиа-киллером, зарабатывающим на контрпропаганде.

Этим же путем пошел и Дмитрий Гудков, на прошлой неделе разразившейся постом, в котором, по сути, обвинил в жлобстве своих сторонников, не желающих активно перечислять деньги на финансирование кампаний кандидатов в московские муниципальные депутаты. У любого человека, который хоть однажды соприкасался с организацией профессиональной избирательной кампанией, этот пост вызвал смех. Любые выборы – это инвентаризация имеющихся ресурсов (влияние, рейтинг, деньги, сетки на местах, поддержка лидеров общественного мнения и т.д.), и эти ресурсы инвентаризируются заранее. Должен ли был это знать Гудков, не первый год занимающийся политикой? Ответ очевиден. Но кампанию он начал, не имея на нее денег. Из чего следует, что цели победить и не было. Тем более, учитывая то, как проходят выборы в Москве, эти деньги и не были особенно нужны. Активной агитации нет, кандидаты делают ставку на встречи, тем более что условная компактность округов позволяет именно так строить кампанию. Но Гудков требует от своих сторонников денег якобы на листовки, газеты и прочую агитку, которая никому не нужна. При этом он организует городской штаб в центре Москвы, который на муниципальных выборах не нужен: работа должна вестись в округах, а не в центральном штабе.

Все эти тенденции говорят о том, что лидеры оппозиции давно уже смирились с происходящим и даже не ставят перед собой цели победить. Получается, они уже не политики, а банальные политические попрошайки, для которых выборы – исключительно способ заработать. И эта эволюция попрошаек в сторону заработка на выборах, а не побед видна невооруженным глазом.