Четвертая высота

Борис Межуев

Давно ожидаемая сенсация наконец объявлена – Владимир Владимирович Путин идет на президентские выборы, а это с математической точностью означает, что в 2018 году в России не сменится глава государства. Президент страны объявил о своем решении в Нижнем Новгороде, на территории Горьковского автозавода, окруженный рабочими этого предприятия, которые еще до самого заявления стали скандировать «ГАЗ за Вас!», поощряя лидера России объявить о своей готовности вступить в гонку.

Разумеется, эксперты будут высказывать еще много предположений, почему для новости был выбран именно ГАЗ, почему именно Нижний Новгород. На поверхности лежит стремление подчеркнуть близость президента простому трудовому народу, тому, кого в период предыдущей избирательной кампании было принято называть обобщенно «Уралвагонзаводом». Тем более что предыдущие прогнозы о выдвижении Путина делались в канун разного рода международных саммитов, в силу чего создавалось впечатление, что подобное заявление делается не столько для избирателя, сколько для внешнего мира.

6 декабря было продемонстрировано прямо обратное – связь главы государства со своим «ядерным» электоратом – гражданами простой трудовой России.

Возможно, мы что-то услышим про еще раз подчеркнутую ценность импортозамещения, причем именно в индустриальном, а не аграрном секторе, про необходимость диверсификации отечественной экономики, про значение конкретно автомобильной отрасли для нашей страны. Нельзя также исключать, что важную роль в решении президента начать с ГАЗа сыграл удачный лозунг с «внутренней рифмой»: «ГАЗ за Вас!», который потом можно будет воспроизводить в новых вариациях: «Дон за Вас!», «ВАЗ за Вас!», «Крым за Вас!» Особенно эффектно это будет звучать в ночь голосования: «Амур за Вас!», «Магадан за Вас!», пока Президенту не сообщат – ближе к полуночи – «Калининград за Вас!», а к утру какой-нибудь из деятелей культуры произнесет вероятному победителю: «Владимир Владимирович, страна за Вас!»

Так, или примерно так, конечно, и будет, и едва ли кому-либо из оппозиционных кандидатов удастся изменить этот сценарий. Есть только одна проблема, которая может обнажиться в ходе этой кампании, – это возникновение каких-то острых спорных тем и сюжетов, способных расколоть путинский электорат.

Слава Богу, столетие революции позади, и Президенту не пришлось отвечать на вопрос, за красных он или за белых.

Но вот в тот же самый день выдвижения, 6 декабря, возник вопрос о бойкоте южнокорейской Олимпиады в Пхёнчхане, и ФБ раскололся на лоялистов-радикалов, требовавших бойкота, и лоялистов умеренных, призывавших, соответственно, к отказу от него. Спор разгорелся нешуточный: радикалы говорили о том, что разфренживают всех умеренных друзей, а умеренные называли радикалов «психами».

Думаю, аналогичных поводов для конфликта внутри клуба сторонников Путина возникнет за ближайшие три месяца еще немало. Трамп сегодня объявил о признании Иерусалима столицей Израиля, наверняка и гул возмущения, и гул одобрения этого решения донесутся до России: и здесь найдутся те, кто жестко осудит Трампа, и те, кто потребует от России тех же действий. И Чемпионат мира по футболу в России тоже едва ли Запад оставит без мелких или крупных уколов и провокаций.

Четвертый срок Путина будет сроком непростых решений. И по экономике, и по внешней и внутренней политике. Придется все-таки что-то делать с Донбассом, придется разрубать ближневосточный узел; потребуется, наконец, начать модернизировать политическую систему, которая в настоящий момент как будто создана под Путина, то есть не под конкретно Владимира Владимировича, а под лидера с 70–80 % рейтингом поддержки.

Представим себе на месте Путина Ельцина последних лет правления, чтобы убедиться в том, что подобная система при наличии непопулярного лидера, который рано или поздно у нас появится, таит в себе угрозу государственного коллапса.

Путин, конечно, соединит воедино немного рассыпавшееся большинство просто потому, что лично он и олицетворяет его единство. Но далее придется допустить постепенное разделение этого большинства, чему, наверное, и не стоит препятствовать. Пусть, скажем, сторонники бойкота Олимпиады и приверженцы компромисса с Западом, системные изоляционисты и системные глобалисты разойдутся, наконец, по разным партиям, каждая из которых будет оставаться вполне про-путинской.

«Пусть расцветают сто цветов», говорил Мао Цзедун. Сто, видимо, многовато, пусть расцветут хотя бы три: у нашего (ныне оскорбленного) флага три цвета, – и только Путин позволяет «красным» и «белым» монархистам и «синим» либералам жить вместе, если не дружно, то мирно, не допуская повторения старых распрей. Но рано или поздно российской политике придется жить «без Путина», и хорошо, если бы за предстоящие шесть лет мы бы поняли, как это делать.