КАЛАЧЕВ: Лучшая защита премьера Медведева – это эффективность и качество его работы

С разницей в несколько дней две ведущих социологических службы опубликовали результаты исследований общественного внимания к самым ярким игрокам на российской политической сцене.  В опросе Левада-центра, который проводился с 31 марта по 3 апреля, говорится о достижении исторического максимума узнаваемости Алексея Навального (с 47% узнаваемости в феврале до 55% в марте). При этом среди людей, знающих политика, 18% (4% — «да», 14% — «возможно да») проголосовали бы за него на выборах президента. В феврале это число составляло 10%. При этом, по данным Левада-центра, за Навального проголосовали бы 9% от всех опрошенных.

Кроме того, 12% опрошенных считают, что политик, опубликовав свои расследования о коррупции, действовал в интересах России, 31% россиян считают, что Навальный публикует расследования в своих интересах для проведения предвыборной кампании, 28% респондентов видят в таких расследованиях ФБК интересы Запада.

 Тем временем, по данным Всероссийского центра исследований общественного мнения (ВЦИОМ),  уровень поддержки органов власти остается стабильно высоким: большинство россиян полагают, что президент, премьер-министр и правительство и парламент хорошо справляются со своими обязанностями.  

Деятельность президента России одобряет более 80% граждан. На втором месте — правительство: работу этого органа власти поддерживают 61,5% опрошенных, негативно воспринимают 28,2%. Третий в рейтинге — премьер-министр. С 27 марта по 2 апреля 2017 года позитивно о деятельности Дмитрия Медведева отозвались 54,8% респондентов. До несанкционированного митинга, который прошел 26 марта, эта цифра была лишь немногим больше — 55,9%.

Эксперты отмечают, что в течение марта цифры колебались в узком диапазоне, а политические события месяца оказали на них весьма ограниченный эффект.

 Руководитель «Политической экспертной группы», политтехнолог Константин Калачев в расширенном комментарии для Политаналитики отметил, что в обществе есть сформировавшиеся представления о работе власти и устойчивые привязанности. Рейтингу президента падение не грозит, а оценивать деятельность премьер-министра россияне будут не по количеству скандальных разоблачений, а по уровню своей жизни:

– Проблема не в цифрах, проблема в интерпретации, а также в том, что обыватель путает узнаваемость, доверие, рейтинг избираемости и оценку работы.

Согласно исследованию, рейтинг узнаваемости Навального достиг исторического максимума – 51%. Допустим. Да, это много. Это могло произойти, в том числе, благодаря усилиям оппонентов Навального. Узнаваемость росла в связи с судебными процессами.

Что касается фильма с обвинениями в адрес Медведева, это как раз этот продукт, который должен был Навального перебросить из первой политической лиги в высшую, из категории московских политиков в категорию федеральных. Но политик федеральный может иметь высокую узнаваемость и низкий рейтинг. И здесь возьмем тот же самый опрос Левады: они пишут, что из той половины населения России, которая знает Навального, за него уверенно готово проголосовать 4% . Следовательно, за Навального всего 2% российских граждан.

Много это или мало? Андрей Богданов в свое время получил 1,4% на выборах президента. Получается, что рейтинг Навального соответствует рейтингу Богданова времен президентской кампании 2008 года. Все дело в том, что узнаваемость не предполагает доверие. Она может быть не только положительной, но и  отрицательной. То есть все знают, но никто не любит.

У Навального есть проблема – как перевести узнаваемость в доверие. И здесь он связан с рейтингами власти, как сообщающиеся сосуды. И даже с рейтингом ЕР, на которую он постоянно нападает. Если рейтинги эти идут вниз, рейтинг Навального может пойти вверх. Но прямого перетекания — нет.

Если Путин, Медведев начнут терять позиции, это не означает, что Навальный приобретет ровно настолько, сколько они потеряли. Ясно, что отношение к рейтингу власти определяется через призму отношения к власти. Если отношения к власти положительное, то критики  власти доверия не имеют. Если отношение отрицательное, то у критиков появляется шанс.

Поэтому нужно брать не рейтинг Навального, а другие рейтинги. И здесь как раз ситуация выглядит неплохо. Рейтинг ЕР- 51%. У Путина – 86% одобрения, мы уже привыкли. Рейтинг единороссов перевалил за 50%. Немного снизилась оценка деятельности Медведева. Но если рассматривать Медведева в ипостаси председателя правительства, то будет одна история, если в ипостаси лидера партии власти – другая.

Выясняется, что для россиян главное не то, в каких условиях живет премьер-министр. Они могут быть лучше или хуже, важна его деятельность на ответственном государственном посту. Именно это сказывается на повседневной жизни граждан. Важен уровень доходов россиян, уровень цен, перспективы потерять или найти работу. Важно качество жизни.

Если население считает, что социально-экономическая ситуация стабилизировалась и она приемлемая, можно выпустить хоть десять фильмов про Медведева, его рейтинг не рухнет. Ему угрожает только неожиданное падение рубля, пустые прилавки и вообще нечто форс-мажорное.  Дело не только в отношениях Путина и Медведева, не только в том, что президент не поддается давлению. Дело в том, что премьер должен реализовать повестку развития. Если у него это получается, будет один разговор, если нет – другой.

Надо отдать должное, половину президентского рейтинга Навальный прошел весьма лихо. Но при этом интересно, что его собственный образ не сформирован. Условно говоря, отношение к нему по-прежнему амбивалентно: идут дискуссии на тему кто он — агент ФСБ, не агент, использует его какая-то башня Кремля или нет, связан Навальный с Госдепом или нет, настоящий он, в конце концов, оппозиционер или этакий «поп Гапон». То есть политического лица у него на самом деле пока нет. Он просто эксплуатирует болезненные для власти темы, и делает это хорошо. Он прекрасный пиарщик, и его узнаваемость, собственно говоря, связана с резонансом, который вызывает произведенный им продукт. Но чем дальше, тем сложнее конвертировать эту специфическую узнаваемость в политическое доверие.