МЕЖУЕВ: США и Россия никакие не друзья – но договариваться о разделении сфер влияния все-таки можно

По данным российских военных, в результате американского ракетного налета на сирийскую авиабазу были уничтожены склад материально-технического имущества, учебный корпус, столовая, шесть находившихся в ремонтных ангарах самолетов Миг-23, а также радиолокационная станция. Таким образом, минобороны России называет боевую эффективность удара «Томагавками» «крайне низкой» –  целей достигли только 23 из 59 крылатых ракет, выпущенных с американских эсминцев.   

Вместе с тем, этот факт не снимает вопросов относительно сущностной политики президента США Дональда Трампа, которые все чаще возникают у российских экспертов. Можно сказать, что их ожидания позитивных подвижек в российско-американских отношениях при новом главе Белого дома сейчас стремятся к нулю. Эксперты обращают  внимание на то, что слова тогда еще кандидата на высший государственный пост от Республиканской партии не вполне соотносятся с его нынешними делами. По меньшей мере, Трамп с легкостью передвигает реперные точки своего внешнеполитического курса в зависимости от складывающихся внутриполитических обстоятельств, поступая, скорее, как опытный бизнесмен, чем как ценностный политик.

Главный редактор Политаналитики Борис Межуев с самого начала не испытывал иллюзий насчет администрации Трампа.  Разговор о проблемах вокруг сирийского удара и в самом Белом доме в комментарии политолога :

–  Я понимал, особенно после отставки Майкла Флинна, что та часть администрации, которая так или иначе опирается на большинство в Конгрессе, как в Палате представителей, так и в Сенате, которая имеет своих ярких спикеров в лице вице-президента Майкла Пенса и министра обороны Джеймса Мэттиса – эти люди мало чем отличаются от ястребов типа сенатора Джона Маккейна, кроме разве что  личной лояльности президенту. По большому счету ясно было, что рано или поздно их позиции настолько сольются воедино, что все претензии Маккейна к внешней политике Трампа будут сняты. В ближайшее время мы увидим, как Маккейн вместе со своим другом Лэдси Грэмом будет «аплодировать» американскому президенту.

Существовал некоторая надежда, что люди, пришедшие вместе с Трампом, которые либо вообще не были никакими республиканцами (типа Флинна или Бэннона), либо занимали особую позицию в республиканской партии (типа Джеффа Сешнса), смогут перепрограммировать республиканское большинство, чтобы поставить ее под собственный контроль и создать консервативное движение.     Бэннона, видимо, очень хороший пиарщик, создал иллюзию укрепления Трампа в партии и консервативном движении. Это единственное, что смутило и несколько изменило общую картину.

А картина с момента отставки Флинна сложилась совершено определенная. По большому счету, Трамп постепенно превращается в ухудшенный вариант Дж. Буша-младшего – человека, который во время избирательной кампании тоже произносил хорошие слова о том, что Америке надо заняться своими внутренними делами, что не нужно увлекаться  гуманитарными интервенциями. Буш-мл. Также декларировал готовность к России потеплее относится, но потом, в конечном счете, все это было похоронено под давлением республиканского истеблишмента, ВПК и израильского лобби в Вашингтоне. Этот тройной альянс похоронил и изоляционистские идеи Трампа, всю его  предвыборную программу, весь его контакт с какими-то нестандартными фигурами в рамках консервативного электората. Все вернется на круги своя –  трампизм и бушизм на глазах сливаются. Только трампизм – ухудшенная версия бушизма. Потому что Буш-мл. очень долгое время действительно сохранял особые отношения с президентом Путиным, и до катастрофического обострения дело не доходило.

Не знаю, могла ли что-то сделать Россия в нынешней ситуации, разные на этот счет существуют мнения.  Сейчас надеяться на то, что Дональд Трамп станет вторым Ричардом Никсоном – нет никаких оснований, потому что Никсон пришел в Белый дом в качестве крайнего антикоммуниста. Человек мог начать разрядку, только перестраховавшись 30 раз. И тем более разрядка в итоге больше пошла на пользу США, чем СССР.

Трамп заранее давал понять, что он симпатизирует Путину. Надеяться в такой ситуации, что истеблишмент будет спокойно на это смотреть, не стоило. Что теперь делать, после того, как исчезли все наивные мечтания относительно того, что в Белый дом пришел хороший парень?

На мой взгляд, никогда мы не будем состоять с Америкой в братских отношениях.  В лучше случае, мы можем взаимодействовать, будучи разделены по отдельным домам, по цивилизационным квартирам. Если к нам будут относиться как к Китаю, как к иной цивилизации, силу и самостоятельную позцию которой надо уважать, это будет максимум желательного.

От предстоящего визита в Россию госсекретаря Рекса Тиллерсона многого ожидать не следует. Не надо убеждать американца в невиновности Асада – сирийский лидер ведь не сумасшедший, он не стал бы давать повод для удара. Надо помнить, что рано или поздно химическое оружие обнаруживается там, где это нужно Америке, чтобы именно туда нанести удар.

Тем не менее, я не исключаю каких-то политических договоренностей касательно, скажем, раздела Сирии. Я надеюсь, что у политиков и людей хватит ума не продолжать эту военную операцию, и нынешний ракетный удар был совершен Белым домом, чтобы повысить свои ставки на переговорах с Кремлем. Такой шанс есть, и даже те люди, которые сейчас довольно критически выступают против президента Асада, в том числе со стороны американских демократов, говорят о возможности сохранения власти Асадом над той частью страны, которую он контролирует – и если России он так нужен, пусть остается.

Единственное позитивное ощущение во всей этой истории – что американцы  не начинают операцию, которая может грозить глобальной войной. Речь, похоже, идет о спусковом крючке для легитимации политических договоренностей.

Москве в свою очередь очень важно сейчас сохранить спокойный, конструктивный тон, образно выражаясь, не пытаться забросать госсекретаря «тухлыми яйцами», заглушит информационное пространство криками о том, что «американцы – негодяи».  Нельзя поддаваться эмоциям. Надо довести дело до политических договоренностей. И в дальнейшем  сделать так, чтобы возник политический формат разрешения конфликтных ситуаций.

Трамп, несомненно, должен начать переговоры с Россией. Но если он сейчас побежит протягивать  руку России – от него уйдет республиканская база. Ясно, что обструкционистская позиция Freedom Caucus по Obamacare тоже, скорее всего, связана с тем, чтобы показать Трампу, что он тут не хозяин, в Палате представителей.  Речь идет, конечно, о жестком блокировании решения Трампа со стремлением показать, что у него нет большинства в Палате представителей. И как только это произошло, сразу стало ясно, что он «бумажный тигр». Поэтому, если он сейчас обратится к России: «давайте хоть что-то сделаем» — он тут же будет объявлен «русской марионеткой», и все тут же встанут против него.

Чтобы пойти на какие-то политические договоренности с Россией по поводу Сирии, Дональду Трампу приходится идти на эту военную акцию. Но военная акция сама по себе начинает непредсказуемую цепь событий. Скорее всего, нам придется отвечать с соответствующей жесткостью. Переговоры могут сорваться в любой момент — если они вообще будут. Каждый срыв таких переговоров, конечно, чреват немедленной эскалацией военных действий — с крайне опасными для человечества последствиями.

Глобальная держава, похоже, не может управлять сама собой и, собственно говоря, администрация, которая сейчас управлять Соединенными Штатами, фактически находится в полуфункциональном состоянии.  Трамп, при этом своими действиями, конечно, укрепляет свою позицию во внутренних делах. Но укрепляя, он ставит себя в полную зависимость от собственной партии. И кто здесь победит и не окажется ли нынешний американский президент просто марионеткой в руках тех сил, свое влияние среди которых он хочет укрепить — это сложный вопрос, на который у меня нет четкого ответа. Я не вижу сейчас в действиях Трампа, в его кадровых решениях, в его политических назначениях, какой-то ясной, четкой, внятной программы — это надо признать. Я не вижу в его политическом поведении следов осмысленности, трезвости, продуманности и того, что он понимает, что будет делать дальше. Мне кажется, он цепляется за ресурсы, которые у него есть и, к сожалению, надо признать, в этой борьбе он не выигрывает.

В ближайшее время, я думаю, произойдет отставка Стивена Бэннона. Рано или поздно истеблишмент  окончательно избавится от этого человека. Традиционные республиканские кадры будут все больше и больше доминировать в администрации Трампа. Мы будем иметь дело, в  первую очередь,  с администрацией военных.

Но при этом я не исключаю, что эти люди все-таки мыслят рационально – им, в общем, нужна какая-то договоренность с Россией, достижения с ней взаимодействия. Хотя бы для того, чтобы избежать худшего развития событий. Потому что страх и  чувство самосохранения – это все-таки факторы самосдерживания для этих людей. Вот это мне кажется важным. Я это называю «цивилизационный реализм»: никакого сближения поверх цивилизаций не будет, никакой «дружбы против Китая» не будет. Но при этом договориться о разделении сфер влияния возможно.